()

Проплывая мимо важных брёвен
Я позволил себе заметить:
- И топоры умеют плавать...

youtube1.jpgvk.pnglj.png
(2010) Междуреченские хроники (или) День, который был прожит не зря

     Решение поехать в Междуреченск пришло внезапно. Как некий внутренний толчок самому себе. Съездить и всё увидеть своими глазами, прикоснуться к истории руками, нежели просиживать часами у монитора, питаясь разносторонними мнениями всевозможных сайтов. Увы, интернет потихоньку цензурируется и в самое очевидное можно проникнуть, лишь разодрав новостные цепи липовой информации. События в Междуреченске мало заинтересовали самовлюблённых жителей интернета. Хотя и большинство обывателей отнеслось к трагедии весьма равнодушно. Подумаешь, завалило шахтёров. Человек создан для того, чтобы ходить по земле, если летать не сможет. А добровольно лезть под землю... От мнений обывателей тошнило. Мерзок порой обыватель в своей простоте. Недосуг ему понять героизм трудового народа. Народившиеся поколения менеджеров, всевозможных перекупщиков и продавцов китайского хлама вряд ли увидят в этой трагедии нечто особенное. Поражало спокойствие властей. Вернее даже не спокойствие, а молчаливое лицемерие, в котором власть показала сполна отношение к своему народу. По каким-то труднодоступным для понимания причинам российское правительство благоволит устроить общенародный траур по одним - будь то пермская клубная молодёжь или польские мифотворцы, но отказать в трауре другим - работникам Саяно-Шушенской и кузбасским шахтёрам. Не потому ли, что за гибелью вторых стоят чёрные тени Чубайса с Абрамовичем, буквально на крови сколачивающих свои миллиардные состояния?  Впрочем, всё по порядку.

     Выбор был. Просидеть выходные у компьютера, сходить к друзьям на шашлыки, либо съездить в Заринск на концерт "православных рок-групп", который организовал миссионерский отдел алтайской епархии. Но события в Междуреченске разворачивались день ото дня всё круче и круче. За молчанием последовал жалкий лепет оправданий, по телевидению одна ложь сменяла другую и терпению шахтёров наступил предел. Перекрыли железную дорогу, закидали камнями ОМОН, опубликовали открытое письмо президенту, режущее своей прямотой - "В то время, как на нас делают миллиарды долларов, на которые потом строят себе дворцы и виллы, мы сотнями гибнем в шахтах... Мы обращаемся к Президенту Медведеву. Если конечно именно он наш президент, а не кто-то иной. Наши требования такие:
     1. Освободить всех арестованных в Междуреченске в ближайшие дни, прекратить всякое преследование. Прекратить оскорбления и клевету против жителей города в центральных СМИ
     2. Повысить зарплату во всех рентабельных шахтах региона в три раза, считая от минимальной, но не ниже 45.000 рублей. Именно из-за малых зарплат идет нарушение техники безопасности, в резльтате чего наши люди гибнут сотнями
     3. Прекратить преследования за независимую профсоюзную деятельность по защите интересов рабочих. Виновных в преследованиях следует строго наказывать
     4. Вывести из Междуреченска силы МВД, привезенные из других городов
     5. Ввести в каждом городе ежемесячно массовую народную встречу с главой администрации города, чтобы давал отчет народу, что сделано им полезного за прошедший месяц, и отвечал лично на вопросы, принимал петиции и обращения граждан
     Другие решения нас не устроят.
     Ждем Вашего ответа господин Президент России. Ждем ответа до утра пятницы, 21 мая.
     В случае невыполнения наших требований, мы будем вынуждены уже говорить и действовать в области политики, а не социальных требований.
     Теперь обращаемся к землякам.
     Для того, чтобы услышать решения высшей власти страны в наш адрес - мы собираемся 22 мая, в субботу, у зданий администраций наших городов. Ровно в 16.00".

     После этого обращения делать вид, что меня это не касается, было трудно. Посчитал, что врут те, кто называет это провокацией. Последние новости, которые прочитал перед отъездом, были о том, что с вечера 19 мая возобновилась переброска в город частей ОМОН и сотрудников милиции из других регионов. Новости неутешительные и в то же время обнадёживающие. Разумеется, был преисполнен оптимизма. И поехал.

     Дорога до Междуреченска длилась около 10 часов. Автобус останавливался в попутных населённых пунктах, можно было выйти, размять затекшие ноги, перекусить. В Междуреченск приехали в десятом часу вечера. Над городом плыли хмурые тучи, солнце клонилось к закату, и город предстал предо мною каким-то удивительно красивым. Чем-то напомнил Горно-Алтайск. Хотя понятно чем - окружающие горы любой город возвышают над любыми другими... Собственно, и название Междуреченск пошло от того, что строить его там, где река Уса впадает в реку Томь...

     У работницы автовокзала справился о ближайшей гостинице. Хотя и решил, если таковой ночлег покажется шибко дорогим удовольствием, то найду где-нибудь уголок, чтобы скоротать эту ночь. Гостиница "Югус" оказалась в десяти минутах ходьбы от автовокзала. Я не стал торопиться, постоял на берегу реки, прогулялся по набережной, зашёл в магазин, купил необходимое к ужину. Подходя к гостинице, обратил внимание на двух проституток, флиртующих с молодыми людьми, на время умолкнувших, проводив оценивающим взглядом нового постояльца. Внутри меня ожидала удача. На вопрос о самом дешёвом номере был дан ответ - 550 рублей за двухместный номер с общим туалетом в коридоре. Отлично! Зайдя в номер, обнаружил ещё и телевизор. Экий сервис! Открыл бутылку "Каберне", достал лепёшку, колбасу и приступил к ужину. Пощёлкав пультом, наткнулся на телепередачу "Свобода мысли". Ведущие - Александр Вайнштейн и Ксения Собчак. Надо признаться, телепередачи не смотрел давно, поэтому спор собравшихся гостей программы меня захватил. Темой передачи был Сталин. Внук Сталина, Евгений Джугашвили, подал иск о защите чести и достоинства, которые, по его мнению, были унижены публикацией "Новой газеты". Спор вышел нешуточный. С одной стороны, русские историки, утверждающие, что при всех неоднозначных оценках деятельности Сталина, нельзя не признать, что это был лучший руководитель из всех, какие у нас были от Ленина до нынешних временщиков. С другой стороны - еврейские публицисты, считающие Сталина преступником и палачом советского народа. Посередине - грузин Джугашвили, защищающий честь и достоинство своего деда. Дискуссия была ожесточённой, со стороны публицистов летели матерки, заглушаемые кокетливым пиканьем, со стороны сталинистов - обвинения "пятой колонны" в предательстве интересов страны. Передача прерывалась дурацкими рекламными паузами (из-за которых когда-то и вовсе перестал смотреть телевизор), во мне сразу же просыпался зиппинг и я начинал щёлкать в поисках чего поинтереснее. Попал на премьеру фильма "Скоро весна". Очередная киноподелка в духе времени. Про олигарха, который встретил свою любовь в лице старой подруги, ставшей монашкой. От бессилия и невозможности склонить монашку к сожительству, олигарх пытается уговорить на распутный грех широкую не только душой, но и телом послушницу, суля ей кисельные берега...
     - Куда поедем? Говори! На Багамы? В Китай?
     - Не, - басит послушница, - нам бы кровельного железа на сарай...
     И видится во всём такая ложь, что я вырубаю этот дебилизатор и беру в руки книгу "Слёзы Марса". От книги тоже не становится легче. Знакомый писатель, Андрей Жгутов, описывает ужасы всех войн, на которых ему пришлось побывать. Афганистан, Таджикистан, Чечня, снова Чечня... Чечня режет головы русских солдат, а толстозадое командование подсчитывает прибыль... Проваливаюсь в сон и снится мне усатый Медведев на мавзолее Путина, говорящий в микрофон - "С днём повидла, уважаемые тараканы!" А по Красной площади идут бородатые джигиты в зелёных повязках и кричат - "Аллах Акбар!" От Медведева остаются только усы, а под усами выплывает Никита Михалков и, по доброму улыбаясь, с хрипотцой, ответствует - "Воистину! Воистину Акбар!"

     Разбудили меня гастарбайтеры. У гостиницы работал отбойный молоток, готовили площадку под укладывание плитки. Утро 22 мая. День, который, как мне казалось, войдёт в историю новой России. Включил телевизор. Попал на канал, где местный епископ читал проповедь о том, что нужно любить и прощать. Я внимательно слушал, пока проповедь не перешла в лукавое словоблудие, более достойное члена "Единой России", чем служителя Бога. Епископ призывал к смирению бунтующих шахтёров. Не анафеме предать безбожников, доводящих людей до скотского состояния, а призывать людей смириться со своей скотской жизнью, которую пока ещё дарит наше щедрое на воздух правительство. Плюнул и выключил елейного лжеца. Умывшись и наспех позавтракав, вышел из номера. Администратор подсказала, что здание администрации города находится неподалёку, как и памятник шахтёрам, у которого мне хотелось побывать, а до шахты "Распадская" нужно проехать до конечной на автобусе №7. Утренний город жил своей жизнью. Никаких ментов, тихо и спокойно. Я дошёл до здания администрации, подошёл, сфотографировал, и тут увидел, как у стоящей невдалеке "Волги" открылось окно и в меня воткнулся пристальный взгляд сидящего за рулём человека. Он открыл дверь и вышел из машины. По спине пробежал неприятный холодок. Неужели вот так по-глупому попался, - подумал я, боком-боком двигаясь от него. Перешёл дорогу, оглянулся вполоборота. Тот же пристальный взгляд, но он даже не шёл в мою сторону. Вот, блин, надумываю себе... И всё же решил пойти по дворам. Так, на всякий случай. Свернув в тихий и неприметный дворик, завернул за гаражи и... тут же чуть не налетел на милицейскую цепь, получающую инструктаж. Судя по толщине - это были не рядовые, а офицерский состав. Были и женщины. Рядом стоял автобус, газель и несколько легковушек, в которые все стали рассаживаться после инструктажа. Я наблюдал, отойдя на приличное расстояние. Штирлица выдавал один лишь волочившийся за ним парашют. Меня - сумка с видеокамерой. Сделав пару снимков, двинул к памятнику. Там тоже увидел скучающих ментов, сидящих на скамейке. Ко мне подошёл мужчина в очках, с двумя фотоаппаратами, объектив каждого из которых стоил вдвое больше моей видеокамеры.
     - Здравствуйте! Вы журналист? Откуда?
     - С Новосибирска. Александр, - представился я и посмотрел на свою предательскую сумку от видеокамеры. Меня тоже Александр зовут, будем знакомы, - улыбнулся коллега. Александр оказался фотокорреспондентом ИТАР-ТАСС, приехавшим из Абакана. - В Новокузнецке корреспондент заболел и вот, меня отправили... От Александра я узнал о том, что ментов всё же понагнали прилично из-за событий на железной дороге, когда молодёжь закидала камнями ОМОН. Впрочем и натыкались потом во двориках то там, то сям на автобусы, битком набитые ментами, поочерёдно выходившими курить. Мы решили держаться вместе и ждали Серёгу Жукова, шахтёра с Распадской, который ушёл домой за стихотворением, написанным в память о погибших товарищах. Серёга скоро появился. Пьяненький, коренастый, в тельняшке под курткой, он походил на бывшего десантника. Крепкое рукопожатие показывало, что перед нами настоящий мужик, шахтёр, человек.
     - Вот, посмотрите, может быть где-нибудь там, в Москве, опубликуете, я от сердца написал. Как думал, так и написал - почитайте. Мы почитали. Кивнули - да, от сердца. С душой написано. "Не знаю, возьмут ли, но я отдам," - честно сказал Александр. Я подумал и добавил: "Где-нибудь опубликую. Люди обязательно прочтут".

     Ох, горе горькое пришло, шахтёров наших унесло
     На Распадской шахте дважды взрыв произошёл
     И много душ в другой мир увёл
     У стеллы гвоздики красные лежат, а семьи погибших плачут и молчат
     Флаги везде приспустили и чёрные ленты их накрыли
     В церквях звенят колокола - пришла беда, пришла беда
     Вас не забыть нам никогда, в сердцах людских жить будете всегда
     Наш Междуреченск шахтами, разрезами живёт
     И каждый день дома семья кормильца ждёт, вот-вот придёт
     Но не пришёл. И не прощаясь во Вселенную ушёл
     Дети в школах позатихли - у их друзей отцы погибли
     Город трауром покрылся и многим страшный взрыв приснился
     Ребята, мы вас не забудем
     Душою с вами вечно будем

     А я пенсионер уже, 1959 года рождения. Но не могу дома сидеть, я ведь шахтёр в четвёртом поколении. Пришёл, так и сказал, дайте мне хоть какую-нибудь работу. Вот, дали КАМАЗ возить, - улыбнулся Серёга. Ох, а вот же и автобус ваш, - кивнул на автобус отходящий от остановки. "Стой! Стой, говорю!" - закричал Серёга и кинулся за автобусом. Автобус послушно остановился. Мы заскочили, второпях пожав крепкую шахтёрскую руку.
     - Вы заходите ко мне в гости! ...дом, ...квартира! - голос потонул в закрывающихся дверях и я пожалел, что не договорились о встрече на митинге. Да поди придёт, увидимся там...

     До Распадской ехали минут двадцать-тридцать. Саша рассказывал про свою жизнь, как начинал свою корреспондентскую деятельность... Армия, институт - яркие пятна жизни... На конечной я узнал, что следующий автобус придёт через полчаса. Мы вышли. Ярко светило солнышко, цвели цветы, словно и не было здесь никакой трагедии... Подъезжали служебные автобусы. Подвозили шахтёров на работу. Сделав пару снимков, я достал видеокамеру. И тут увидел направляющегося к нам охранника. То, что он охранник, я понял по его внушительному росту и покоцаному носу. Сразу решил, что с ним лучше не спорить. Тут снимать запрещено! - внушительно сказал охранник. Я всё же не удержался и спросил - внутри запрещено или только снаружи? У охранника начался мыслительный процесс. Нигде нельзя снимать. Везде запрещено! - уточнил он. А что там горит? - спросил я, показывая на дым. Пожар, вот и горит. Снимать нельзя! - добавил охранник и пошёл восвояси. Мы немного отошли и всё же поснимали на свой страх и риск. Потом сели в автобус и поехали обратно.

     В городе уже были заметны перемены. По улицам прогуливались патрули (по четверо), играла праздничная музыка... Мы подошли к Дому Культуры, где скопился народ. То из Кемерово привезли большую толпу ребят-хоккеистов учить междуреченскую молодёжь игре в флорбол. Видимо, чтобы перестали в ОМОН камнями кидаться. И вот, мы становимся участниками театра абсурда. Какие-то лица из администрации города несут чушь про этот самый никому доселе неизвестный флорбол, во всём видна какая-то натянутость и нелепость этого праздника, в то время когда, как нам сказали, многие семьи отмечают 9-й день со дня смерти своих родных, погибших на шахте (многих находили ведь не сразу, а кто-то не найден до сих пор). Надо признаться, что народа было не так и много. В основном - дети, старушки на лавочках. Хмурые мужики. Ну и доблестная милиция, охраняющая своих хозяев. Здесь же, на площади перед ДК, мы общаемся с коллегами-журналистами с разных городов и телеканалов. Сходимся в одном - наиболее объективный канал - РЕН-ТВ. Время движется к 16:00, к началу митинга, и мы с Александром идём через площадь. Привезённые детишки рубятся в флорбол. Саша заговаривает с каким-то человеком, издали наблюдающим за происходящим, я подхожу и замечаю, что человек уж больно похож на милиционера, выложившего в интернет ролик с обращением к президенту. Помню, посмотрел и подумал - вот, чудак, неужели не понимает, что никто ему отвечать не будет, а карьера его окончится тут же... Потом отмечал, что появляются и другие ролики, но за ними уже не следил. И вот, действительно - он самый. Алексей Дымовский, борец за справедливость, тут, приехал в Междуреченск поддержать шахтёров. Знакомимся. Беру у него комментарий по поводу происходящего. Хотя и так всё понятно. Тела шахтёров ещё лежат под завалами, а в администрации решили устроить праздник в городе. И всё - лишь бы сорвать шахтёрский митинг. Алексей кивнул на незаметного типа - вон, пасёт меня с самого утра. Тип вскоре встал со скамейки и растворился в толпе. Сменился?

     Идём втроём к администрации. Время 15:45. Подходим. У администрации никого. Если не считать нескольких журналистов с видеокамерами да паренька, поспешно красящего четыре близстоящие скамейки. На трёх уже таблички - окрашено! Театр абсурда в действии. В четыре часа журналистов становится гораздо больше. И уже не совсем понятно, где журналисты, а где сами шахтёры, бродящие кругами, посматривающие, оценивающие ситуацию... Прикидываю на глаз - человек 80. Из них чуть больше четверти явно не журналисты. Но как же митинг? Где же шахтёры? Неожиданно весь журналистский пул кинулся к женщине, раздающей листовки. Листовки оказались от имени Всероссийского забастовочного комитета. Из фамилий только две мне знакомые - московский исламист Джемаль и Сергей Удальцов, лидер АКМ. И опять вопросы - а где же Союз жителей Кузбасса? Где местный оргкомитет? Почему не вышли? Женщина тем временем представляется: "Меня зовут Тамара Красильникова. Я жена шахтёра и должна рассказать вам о том, что происходит". Собственно, с неё всё и началось. Потом уже подключились и шахтёры, и пенсионеры, и активисты от КПРФ, но для хорошего митинга того количества осмелившихся выйти к администрации оказалось явно недостаточно. Причина отсутствия большой народной массы банальна до безобразия. Страх. Шахтёров и их семьи запугали тем, что если кто выйдет на митинг, останется без работы. Остаться без работы людям, которых связали по рукам и ногам кредитами и ипотеками, подобно смерти. Да ещё и рэкетиры взялись за семьи погибших. Безвыходная ситуация. Остаётся только выживать и дальше, скрипеть зубами, зарываться в землю, рассчитываться за ипотеки в надежде на то, что детям будет от этого легче продолжать выживание в этом безбожном государстве. И умирать.

     Так что, несмотря на уверения некоторых, мне кажется, что митинг всё же состоялся. И честь и хвала Тамаре Красильниковой, не побоявшейся сказать правду, прикрыв своей спиной шахтёрские семьи. Хотя сама она сказала - конечно же, я боюсь. Я такая же женщина, такой же человек, как и вы. И если будут какие-то репрессии со стороны администрации, будет ясно одно - в этой стране жить нельзя. ТАК ЖИТЬ НЕЛЬЗЯ.

     Возвращался в гостиницу с тяжёлым чувством позора. Трусость и позор - долбило в висках. Как же так? Почему? Любовь или страх? Страх! Свобода или плеть? Плеть! Не нужна шахёрам свобода. Зарплату поднять и всех делов. И снова будут гибнуть десятками, молчать, терпеть и голосовать за Ельцина-Путина-Медведева или ещё какую очередную сатану. Позор!

     Хлопнул в номере 100 грамм коньяка (брал с собою маленькую бутылочку на случай, если где мёрзнуть придётся) и пошёл гулять. Дошёл до автовокзала, купил билет на завтрашний автобус. Пошёл не торопясь в гостиницу, но решил всё же срезать и попал на широкую мощёную улицу, с красивыми домами (сталинской постройки), с разными чудными кукольными изваяниями... Взял в ларьке банку пива, присел на скамейке, открыл, отхлебнул и стал кормить голубей семечками из кармана. Вдруг голуби резко сорвались и полетели. Я повернул голову и увидел четверых ментов, идущих прямо на меня... Поставил банку на скамейку и приготовился держать отчёт. Но каким было моё удивление, когда они прошли мимо, лениво глянув на мою несчастную банку. В Новосибирске такое бы явно не прокатило. Началось бы заурядное вымогание денег... Настроение улучшилось. Захотелось кинуть банкой в ментов или попроказничать ещё каким-нибудь способом. Ведь хоть что-то должно было произойти! Чуть дальше по улице стоял пивнячок. Зайдя туда, увидел, что все столики были заняты. Причём какое-то тягостное молчание создавало тяжёлую густую атмосферу этого места. Никто не проронил ни слова, пока я спросил стакан междуреченского пива и пару рыбок на закуску. Находиться там было невозможно. Угрюмое молчание мужиков, их потухшие взгляды были невыносимы. Я вышел из пивнячка и сел на скамейку. А ведь сегодня день святителя Николая, - вспомнил я. Ещё перед отъездом помолился ему о благополучии поездки. Да и с утра молился о том, чтобы всё прошло наилучшим образом. А может быть всё и произошло наилучшим образом, просто я этого не могу понять? И тут вечернее солнце засветило в глаза, улица показалась неописуемо сказочной, а само моё нахождение тут словно путешествие в иную реальность... Слов не хватало, чтобы всё это описать. Захотелось с кем-то поделиться и я стал отписывать одну и ту же смс-ку своим друзьям и знакомым. Потом допил пиво и пошёл в гостиницу. По дороге стали приходить ответные смс-ки. Одни волновались - всё ли со мной в порядке, другие радовались за меня... В гостинице зашёл к Александру, поужинали, выпили вина, посмотрели его отснятый материал, послушали музыку из моего плеера, которую скинул ему на ноутбук. Представляешь, - говорю, - эта песня была записана в 1989 году! И не потеряла актуальности до сих пор! "Партия - ум, честь и совесть эпохи! Здорово и вечно!" Здорово и вечно скрежетала гитарами "Гражданская Оборона"... Снова зазвонил телефон. Звонил Ермен. Что там, Саня, у тебя? Где ты? - рассказал и ему про ситуацию в Междуреченске, посетовал, что не удался у нас фестиваль, который планировали на конец мая, куда собирался пригласить "Адаптацию". Но, не весной - так осенью, не будем грустить! Ещё был звонок из Бийска от барнаульско-московских "православных миссионеров". Но миссионеры были не в состоянии говорить, устали от миссионерских перегрузок.

     Вернувшись в свой номер, я принялся было снова щёлкать кнопками телевизора, но тут в дверь постучали. Прибыл Алексей Дымовский. Ещё днём я предложил ему свой гостеприимный двухместный номер. И тут уже мы пообщались в полной мере. Оказывается, не так давно он был в Новосибирске. Вникал в очередное дело по ментовскому беспределу. Собирается приехать вновь. По понятным причинам о разговорах лучше умолчу. Могу сказать только, что Алексей Дымовский - честный человек. Честный настолько, что свято верил и в честность нашего президента, когда обращался к нему. А кроме честности и того, что нужно везде и всегда отстаивать Правду, чем бы это для тебя не обернулось, у него есть ещё любимая жена и маленькая дочь. Ради которых он и живёт. И дай Бог ему жить, а не выживать в этой подлой мясорубке всеобщего беспредела.

     Утром позавтракали и втроём пошли гулять в парк. Прокатились на колесе обозрения, вышли к реке, фотографировали, снимали... Попрощались с Александром и в путь!

     Обратно в Новосибирск мы ехали вместе с Алексеем. Оказалось, что и в Междуреченск мы приехали на одном автобусе... Случайностей не бывает?

     P.S. Вечером того же дня была ещё одна встреча. Уже в Новосибирске, перед отъездом в Печоры заехали поздороваться-попрощаться музыканты "Инструкции по Выживанию". Ромыч с Димой Бибиковым. Поделился с ними впечатлениями о Междуреченске, от них узнал о прошедшем заринском концерте.
     - Ну всё, прощаюсь, долго теперь не увидимся, - сказал Ромыч, протягивая руку...
     - В прошлый раз ты тоже самое говорил, - улыбнулся ему...
     - Не, теперь уже точно, долго не появимся...
     - Как знать, человек предполагает, а Господь располагает... С Богом!
     Ребята уехали в дождливую ночь, а я кивнул сам себе - экие насыщенные вышли выходные! А мог бы и у компьютера просидеть, читая новости с монитора...

НА ГЛАВНУЮ