()

Проплывая мимо важных брёвен
Я позволил себе заметить:
- И топоры умеют плавать...

youtube1.jpgvk.pnglj.png
(2006) Неповторимое путешествие. 2-я часть.

     Часть II - Киев

     Киев. Город, в котором я так давно мечтал побывать… Ещё в прошлом году, отец Михаил (Жуйков) напутствовал нас – молитесь киево-печерским отцам и по их молитвам всё устроится. Не рискнули. Злоползучий финансовый вопрос довлеет и поныне. В этом мире хорошо устраиваются те, кто между Богом и мамоной выбирает последнее… Почему так? Ответ на каверзный вопрос получим наверняка за порогом этой жизни. Но мы бы хотели знать это сейчас. Ведь мы хорошие (с нашей-то точки зрения)… Почему нас постоянно судьбина кидает под жернова испытаний? Почему никак не махнёт щедрой рукой – живите, радуйтесь… Нет же, засмотришься на небушко, замечтаешься и тут же в какое-нибудь дерьмо вляпаешься… Почему? Почему? Есть вопросы, нет ответов…

     Наши друзья вернулись домой. "Живым – это лишь остановка в пути…" – процитирую Кинчева, как бы иронично к нему не относился, всё же, не последний поэт на Руси. Так и у наших друзей – это не совсем был дом. Перебрались в Киев, для накопления опыта, укрепления жизненных позиций, да и просто, для проверки самих себя. Многие ли на такое способны? Сидят клушами в уютных евро-корзинах и не желают стать космонавтами…

     Однокомнатная квартирка, Артур с Аней уступили нам диван, сами расположились на полу. Закон гостеприимства, - уважительно подумал я… Мои думы оказались либо наивными, либо не совсем точными. Диван скрипел. Мои чуткие уши ловили каждый ужасный скрип, выдёргивая из сна и отдаваясь невыносимым скрежетом в сонной голове… Да, диван - не батут, думал я и пытался не ворочаться, дабы новым скрипом не будить гостеприимных хозяев…

     Друзья поводили нас по городу, сводили на майдан (так называется площадь по-украински). Майдан был незалежный (то бишь независимый) от кацапов (бородатых козлов). Кацапами зовут москалей. Мы не совсем разобрались в ихних понятиях, но с одной стороны москали – это русские, с другой всё же более – москвичи. Сибиряков там уважают.

     На майдане (мы туда отправились в первый же вечер, превозмогая усталость) было людно, несмотря на поздний час. Стояли палатки сторонников Юли Тимошенко, этакой политиканствующей стервочки-аферистки. Сама площадь очень красивая – фонтаны всякие… Вообще-то, для себя ещё во Львове отметил, что не являюсь ценителем городских архитектурных пейзажей. Меня больше впечатляют, трогают за живое места святые, где подвизались праведники, либо не менее святые, где шли бои, где гибли люди за правое дело. А вся эта вычурность… Ну красиво, и что? Крючок для глаз – иллюзия для души, обман для сердца…

     На следующий день поехали в Киево-Печерскую лавру. Пришли к обеду, оказалось, вход в верхнюю лавру платный, если приходишь не на утреннюю литургию в храм. То есть, лавра принадлежит церкви лишь формально, а капусту стрижет го-су-дар-ство. А вот в пещеры, где лежат мощи святых, вход свободный. Туда мы и отправились. Подошли – очередь стоит к воротам. Мы туда-сюда, стоять - не стоять… Узнаём – в пещеры сегодня вход закрыт, из Сербии святыни привезли – десница Иоанна Крестителя и частица животворящего Креста Господня. А народу – человек триста. И без очереди делегации какие-то проходят… Я сначала, грешным делом, подумал, может не стоять, пусть другие идут, более достойные. Поди-ка, Иоанн Креститель на нас не обидится… И тут, как незримая сила пинка дала – встали в очередь, стоим… Час стоим, другой, стал акафисты читать – Кресту, Иоанну – вокруг тётушки скучились – подпевают. В душе – трепет, на сердце – радость, в уме – сумбур какой-то… Зашли в лавру, смотрю, а эти триста человек перед нами – лишь маленький хвостик многотысячной очередищи. Ещё часа через два снова искушение сбежать – вновь остановлены Божьим произволением…

     В общем, около девяти часов отстояли в очереди. Познакомились с женщинами местными, обменялись подарками. Нам подарили походный молитвослов и мы отдарились иконой коробейниковской Божией Матери, да про крестный ход алтайский рассказали… И снова искушение – можем не успеть на последний автобус, а ещё в метро ехать. И снова нас удержали. За это время дождик покрапал, над лаврой тучи разошлись, а в городе гроза была, ливень…

     И вот заходим в храм – толкучка, народу – битком… Я иконки достал, молитвослов, к святыням приложить, смотрю, там все по-быстрому прикладываются. Какая тётя замешкается, её тут же монах суровый ткнёт головой в святыню и подтолкнёт к выходу. Частица Креста животворящего вся в украшениях была, не успел и разобрать, что где, а десницу Крестителя разглядел. Трепетно всё это – самого Христа крестил этой рукой… Наташа жалуется, что разглядеть не успела… Говорю, если бы все тут разглядывали, мы ещё бы дня два стояли… Выходим из лавры, а там – народу… Ещё больше, чем днём было – это как пить дать, всю ночь стоять будут, спаси Господи… А мы и на метро успели, и на последний автобус, и к ужину сытному с ворохом историй приехали.

     В следующий раз попадаем в лавру на покаянный Крестный ход 17 июля, посвящённый царским мученикам. Тут и там деловито снуют казаки, старухи на коленях молятся, читается акафист. Обошли Крестным ходом церковь и направились к выходу. Народу – несколько тысяч. Идём по городу, вдоль лавры, милиция охраняет шествие, пытаясь упорядочить нестройную колонну. Вот, дошли до какого-то парка, там партия регионов раскинула свои палатки. Раздают флажки со своей символикой, радостно приветствуют крестоходное движение. Люди радуются, охотно берут флажки, поднимают вместе с иконами. Тут же строгий указ по рядам – флажки убрать, не санкционировано. Флажки прячутся до лучших времён. Запомнился рукописный плакат с изображением Тимошенко – "Юля, зато ты красивая!" А вскоре начались палатки Юлиных содержанцев. Те угрюмо взирали на наше шествие. Удивительно! Даже не улыбались. А кто-то из шедших тут же срывал агитки "Поры", молодёжной организации типа российских "Наших". Так и дошли до Софийского собора (ныне являющимся коммерчески успешным храмом-музеем). Состоялся молебен, после чего, голодные и замёрзшие (погодка выдалась не ахти), мы двинули в ближайшую кафешку перекусить (ну и согреться).

     Пару дней ходили с ребятами по Киеву – по Андреевскому спуску, к десятинной церкви (первой киевской), по центру, по Крещатику, по Майдану (жёлтому от "Пор")… Всего и не упомнишь, но яркие моменты фиксировались на камеру, из чего планируется смонтировать фильм для внутреннего пользования.
     И снова в лавру! Ведь в пещерах мы так и не побывали!

     Пещеры делятся на ближние и дальние. Ближние – моложе, дальние – старше, глубже. И там, и там – путь освещаешь свечой, спускаешься по тёмным ступеням и попадаешь в царство мёртвых. Впрочем, первое впечатление оказывается обманчивым, ощущаешь себя более мёртвым, чем упокоившиеся праведники. Никакого страха – раки с мощами святых, над каждой икона, лампадка, табличка с именем. Св. Нестор Летописец, св. Агапит, св. Илларион, св. Арсений, св. Феодосий, св. Илия Муромский… Всех не запомнишь, о большинстве и не слышал никогда. О святом Илье Муромце читал разве только в былинах. Были там и мощи одного из младенцев от Ирода убиенного, за Христа пострадавшего. И впечатляющие замурованные кельи затворников. Уходили от мира, молились, вся еда – просфора да вода. Подавали через маленькое окошечко – выход замуровывался наглухо. Когда переставали принимать еду, окошечко закрывалось тоже. Святые киево-печерские праведники, молите Бога о нас!

     Посещение киевских пещер оставило неизгладимые впечатления. До того слышал о посещениях этих пещер Егором Летовым и Анатолием Кашпировским. Егор, молодой и необузданный, говорил, что не приемлет культ смерти, и ничего хорошего там не понял и не узрел. Время не подошло? Кашпировский же вообще не смог зайти – так скрючило колдуна мирового масштаба. Меня же, к собственному удивлению, вновь потянуло туда перед отъездом. Попрощаться. И было уже ощущение, что святая обитель – царство живых, но не мёртвых. Небесное царство вечно живых, незримо касающееся наших огрубевших грешных душ. Сходили, попрощались. Приложили к мощам иконы, молились о родных, о друзьях. Подавали записки в храмы. А за лаврой оказался музей вооружённых сил (или что-то типа этого). Пушки, танки, система "Град", винтокрыл. Винтокрылом украинские мудрые академики назвали вертолёт. Чтобы слово было украинское, а не русское. Этакий мелкий пакостный местечковый шовинизм. Глупо и смешно.

     А на выходные Артур с Аней решили вывезти нас на природу, на дачу к Глебу (их киевский знакомый). Кроме Глеба, ожидалась его подруга и Веталь, скромный украинский парниша. Но, когда мы пришли на стрелку, оказалось, что компания чуть шире ожидаемого – Атаман и дядя Вова – адепты киевского антифашизма. Тут надо сделать лирическое отступление и пояснить, что я так и не понял, чем те антифашисты отличаются от фашистов. И те, и другие одинаково бриты, татуированы и слово "жиды" главное в их лексиконе. Жестоко дерутся между собой, причём стараются сбиться компанией, чтобы отколошматить двух-трёх подвернувшихся противников. Чёткой идеологии не прослеживается ни у одной из сторон, а вообще, говорят, всю эту заразу фашизма-антифашизма завезли клятые москали, чтоб им пусто было. Потому и разделение пошло, а раньше все друзьями были, разве что пидорасов бить ходили к памятнику Шевченко, где те имели наглость собираться.

     В общем, приехали мы в посёлок Кулибаба, предварительно набрав вина, водки и пива. Я уже предчувствовал испорченный вечер, услышав от Вовы фразу о том, что христиан всех надо уничтожать. Пока жарилось мясо, мы замахнули по одной, и я начал дискуссию со слов – вот, я – христианин и что? В дискуссии участвовали все, но с особым азартом "дядя" Вова. Судя по багажу знаний, он читал главную книгу по антихристианству – "Удар русских богов". Оттуда и были главные аргументы в битве с христианами. Такая позиция для меня была просто смешна, так как спорщик не руководствовался здравым смыслом, лишь исправно цитировал фразы из книг, на которых строил своё мировоззрение. К спору подключились и другие антифашисты. Спор то затихал, то разгорался с новой силой. Впрочем, сходили на озеро, попили пивка, мы с Артуром искупались, несмотря на пронизывающий ветер (сибиряки, едрён батон, марку надо держать!). Поставили рыбные закидушки и снова к столу, пить и спорить, спорить и пить. Другие антифашисты оказались людьми более миролюбивыми – татуированный свастиками Глеб, в прошлом скин, урезонивал Вову, пытаясь не нарушать закон гостеприимства. Суровый Атаман, сразу же обративший внимание на мою давно перебитую бровь, пытался перевести разговор в другое русло. Наступила ночь…

     Хлопцы ушли доставать сети с рыбой, я тщетно боролся со сном – предстояло ещё найти место для ночлега, так как таковых практически не было. И тут Артур поймал ёжика. "Колючий, гад!" – вскрикнул он где-то в темноте. Вынырнув на свет, держа за шкирку маленького шустрика, Артур вышел, сияя, словно только что укротил дикого вепря. Ёжик был посажен в ящик, накормлен мясом, хлебом, показан пришедшим с рыбой ребятам и отпущен на волю. Рыбы было много, а одна и вовсе оказалась неизвестной никому породы. Долго гадали, но так и не отгадали… Дабы избежать продолжения безсмысленных споров, я отправился спать. Завалившись в узком проходе между стеной и небольшой кроватью, которая была предназначена для трёх наших дам, провалился в похмельное утро.

     Проснувшись утром, принял решение двигать в Киев, не дожидаясь новых возлияний и возобновления теологических бесед. Антифашисты проводили нас с Наташей до трассы, показали направление, дядя Вова на прощанье подсказал, в какие христианские храмы нам зайти, и вскоре, сменив несколько машин, мы были в Киеве…

     Так, честно признаться, не понял я, чем антифашисты отличаются от фашистов, осталось это загадкой по сию пору… Сам же давно уже не делю людей ни на красных, ни на белых, а лишь на хороших и плохих. Новые же киевские знакомые по определению были скорее хорошими, но хорошесть свою тщательно скрывали и маскировали ритуальными татуировками, дабы не все видели в них то, что скрыто даже от них самих…

     Быстро пролетела неделя нашего пребывания в Киеве, уже были взяты билеты на поезд до Севастополя и вот прощальный ужин с Артуром и Аней, вокзал, цыплёнок в дорогу… Артур, кивая мне на какого-то очкарика, нервно курящего на перроне, усмехнулся – вот, с вами поедет… Я как-то не обратил внимания, а потом, уже в поезде, узрел. Наискосок от нас ехал молодой иудей с ноутбуком. С рыжей бородой, в кипе, костюмчике. Постоянно бегал курить. Нервничал от пристального внимания, но кипу не снимал (возможно, даже на ночь). Впервые увидел настоящего иудея. До этого только в кино. А тут – вот он, враг христианства, о каких язычниках речь? Удивительно, как он был напыщенно важен. Ведь, по их вероучению – все не евреи - гои, скоты, рабы… Сошёл на станции "Вадим". В ад им…

читать далее