Александр Витальевич Редут (Оптимист)написать мнена главную

Проплывая мимо важных брёвен
Я позволил себе заметить:
- И топоры умеют плавать...

youtube1.jpgvk.pnglj.png
Философия суицида (1992)

Философия Суицида
№1    (Номер первый и последний. Суицид – сами понимаете…)
1992, Заринск

1992_FiSu_sm.jpg
      
       Необходимое предисловие
     Когда происходило кропотливое составление опуса под названием "Философия суицида", уже не было в живых Янки Дягилевой и Дмитрия Селиванова. Мы же, молодые панки-максималисты, пытались осмыслить такую составляющую часть жизни, как смерть. К самоубийству относились, как к трагической составляющей жизни. То есть, оправдывали как некую жёсткую необходимость, свободу выбора человека. Когда смерть стала косить наши ряды, наших друзей и близких, толкая кого в петлю, а кого в опиумные ловушки, мы увидели, что такое суицид в ближайшем рассмотрении. Суицид – это вечная смерть. Мы выстояли в наших поисках и вышли на дорогу к вечной жизни. Выбор сделан. Присоединяйтесь.
     Таким образом, прошу читателей не считать "Философию суицида" пропагандой этакого ухода из жизни, но лишь попыткой осмысления как жизни, так и смерти. Собственно, в том и заключается содержание этого проекта – высказывания, стихи и рассказы об отношении к вышеуказанным вопросам человеческого бытия.

Оптимист 
Новосибирск, 2007г.

Смерть для меня – это когда человек из очень ограниченного состояния попадает в очень расширенное состояние. После смерти, видимо, дано полное знание во всём…
Егор Летов

…Жизнь – это нечто совсем другое.
Дмитрий Селиванов

Что вы сделали с любовью? Вы за что её казнили?
People, вы же все прекрасны, я завидую вам, верьте.
Не вставая на колени, я прошу вас соблюдайте
Вы законы человечьи. Вы живите вечно в мире,
Жизнь и Солнце воспевайте!
Верю я, с восходом Солнца вы очнётесь, вы проснётесь.
Осчастливите вы землю своим братством неубитым.
Так скорей свети же, Солнце!
Ник Рок-н-Ролл

Приезжают музыканты на тусовки
На ночь пьют, а по утрам болеют
И никто их бедных не жалеет
И никто не даст кусок верёвки
Лера М.

Если петь только о светлом, то люди могут забыть, что существует на свете и тёмное.
Б.Г.

Единственное различие между безумцем и мной в том, что я не безумец.
Сальвадор Дали

Это великая честь для человека – понять, что он дерьмо.
Александр Башлачёв

Одиночки опаснее для социума, чем целое движение.
Егор Летов

Ничтожная, никому не нужная жизнь человека в этом мире даже не вспомнится тобой в мире неземном, а поэтому живи по своему усмотрению, ибо от тебя самого зависит твоё бессмертие.
Джон Кретинин

Метель метёт, время идёт
И я со временем иду
Но если времени не будет,
То я наверное умру
А тело, ведь оно не вечно
Не может вечно жить оно
Я знаю, что душа бессмертна
И мне от этого смешно…
Оптимист

     …Спасение – в сознании того, что твоя душа бессмертна, а тело – говно. Очисть свою душу и будешь в раю. Всё! А если ты в этом ебаном мире спасёшь хотя бы две души – вечная тебе память. Аминь.
     Это должно быть как очищение. Очищение через катарсис – духовное страдание. Слушатель должен сопереживать происходящему. То, что болит у всех, должно быть увеличено. Принцип микроскопа – смотришь и ужасаешься. Ужас, кровь, боль, но духовная! Духовная кровь – это музыка и слова, идущие не через силу, а через боль. Чужая душа, конечно, потёмки. А ты попробуй где-нибудь рядышком, а то и внутри неё спичку зажечь. И пусть он посмотрит и ужаснётся. Но сначала надо в своей душе лампадку затеплить. Иначе всё это будет нечестно, тебе не поверят. Всех в этой стране роднит что-то. Знаешь ли ты, что это? Вот, попробуй, найди это в себе, если ещё не нашёл, тогда и поймёшь, какую музыку надо играть этому народу. Пока самому больно не станет, у другого боль не вызовешь. Вот когда почувствуешь, что ты прошёл через это, оно твоё, родное, выстраданное; возьми, оторви, да брось им прямо в лицо, да так, чтобы они подумали, что ты тихо и спокойно берёшь и ложишь им в раскрытые ладони. Когда Суворов с армией переходил Альпы, солдаты сорвавшись в пропасть, летели молча, чтобы не выдать криком оставшихся. Молча!!! Это есть высший подвиг человека – быть выше своей смерти, выше себя, своего тела, грязного, в человечьем говне. Говном все забиты по горло, почти все, не знаю. А деньги – самое большое говно. Я люблю деньги. Можно тешить себя мыслью, что вот, мол, Сальвадор Дали был миллионером, но это не помешало ему остаться самим собой – ебанутым, сумасшедшим художником, но гениальным. А будь он нормален, он не был бы гениальным. Все гении – ебанутые. Так что, если ты гений, ты можешь стать миллионером и остаться верен себе. А что такое – верен себе? Вот, Цой, я думаю, верен себе, он родился актёром. Он – актёр, играющий красивенькую мужественную роль. Чем и мил нашей многомиллионной советской массе. Он талантлив, но он не избранник Бога. Он нормален. К его несчастью, ему выпало жить в стране, где гениями не становятся, гениями умирают. Но кто знает – счастлив ли он, нет ли? Вообще о счастье говорить конечно же глупо. Я хочу говорить, например, о птицах. Они живут, летают, умирают. А здесь слишком тяжело, слишком всё тяжёлое, переполненное говном – тела, умы, души. И думать здесь тяжело и жить, а летать хочется! А говно по капле выжимать – нет! И чем его больше, тем тяжелее. Руки-ноги как ватные, всё в тумане, все больные, вялые и нормальные. А покажи им свет в конце тоннеля – зашевелятся. Природа мать позаботится. Как бы кусок из будущего, где они бы себя узнали. Через боль, через прозрение, через удары молотком по башке – увидели твою зажженную спичку в своей душе, твои обугленные пальцы, твой смеющийся взгляд. Как сон. Как кошмарный сон. Как блевотина. Но, потом легко. Это как дым, сладкий дым войны. Не телесной, нет, а душевной войны с самим собой. Металл – это форма телесной войны. А я говорю о параллельности миров. Ты не знаешь, есть ли они, нет ли, но чувствуешь, сорок пятым чувством чувствуешь – есть, есть они эти миры, где всё не так, как здесь, где живут наши души по законам красоты и гармонии. Это и есть надежда на спасение. Дай им возможность оголить свои нервы, чувства и они примут волны, излучаемые твоей музыкой. Ни понюхать, ни пощупать - но вот они, я чувствую, вот она – дрожь по телу, содрогание очищения! Значит не всё потеряно! Они должны понять – это значит - не всё потеряно. Это неправда, что художник не в состоянии что-то изменить. В состоянии! Может быть не всё потеряно… Показать говно, как оно есть, это трудно, конечно. Но Башлачёв – гений. Невероятно, дико, страшно, но он поёт душой. Ах, как банально звучит. Но я всё это и записал, чтобы легче дышалось. Мне. Хоть на чуть-чуть. Кто поймёт, объяснит, что это такое – петь душой? Просто стоять и петь. А люди просто слушают и плачут. Ты можешь плакать? Это приходит глубокой ночью, в полном одиночестве. Светлая печаль – гениально. Бомба замедленного действия – парадоксально. Сотвори это своими руками и дай Бог тебе сил.
 Это должно быть весёлой музыкой. Весёлой, гробовой музыкой предсмертного хрипа ночной бабочки, сжигаемой на медленном огне Вечной Любви.
Дёпа Побоков
(Из письма пьяным и трезвым музыкантам. ПНС-2, 1990)

***
Общество "Память" и красная власть
Выстрел в спину и душу долой
Каши кровавой медовая сласть
В мутный колодец, да, вниз-то головой
Общество "Память" – русский террор
Праведный палец нащупал курок
Щедро наточен народный топор
Завтра наступит безвременный срок
Шашка сверкнула, кому-то пиздец
Штык ковырнул ненавистную плоть
Общество "Память" – святой наш отец
Нас поведёт раздирать и колоть
Вспыхнули раны закатным лучом
Гордое племя, на битву вставай
Мы призываем крестом и мечом
Вешай жидов и Россию спасай
группа "Гражданская Оборона"

… Панк – самоуничтожение, выход из себя, из своего состояния за грань иного – как явлено Егором. Попсеет всё то, что съедается, а съедается то, что приготовляется, продуктируется, овеществляется и прочее, что становится расхожим и разменным. Где система – взгляды, позиции, мировоззрения, а значит и граница. Установить же связь напрямую с процессом, или не прерывать её, чтобы не "рождать" в пределах открываемого и выявленного, а ждать вечного рождения, нового эона – вот, я думаю, выход из себя, через Вселенную, Бога, к Себе. Не создавая объектов, а выходя из себя в другое, в процессе, углубляющем субъективность, выводящим "я" из себя, из мира, но со связкой, нитью от мира сего к миру иному. Как тут не провести аналогию с прошлым, ведь первым панком на Земле, с сегодняшней точки зрения, как бы это не звучало кощунственно для Церкви – был и есть Иисус Христос. Крестный путь Его – путь спасения.
 "Вырви корень вон!" Тут не стоит, конечно, путать и сопоставлять два смысла. Не то самоуничтожение к которому мы идём, а добровольное, осознанное, спасительное. "Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот сбережет ее" (Мф. 16; 25).
Юлдуз News №1, 1990

…Ненависть – это особенная любовь. Любое чувство замешано на любви, и тот же страх… Любое чувство так или иначе представляет из себя ту или иную форму любви. Ненависть – это просто оскорблённая любовь. И нужно петь о любви, о любви к жизни… Или о нелюбви. Но факт тот, что ты готов бы полюбить, да вот, к сожалению, пока не можешь. Что-то тебе не позволяет, совесть тебе не позволяет любить те или иные вещи, пока они находятся в том виде, в котором они находятся. Не стоит мутить воду в себе. Любовь, она может быть сколь угодно грубой, сколь угодно ненавистью, но это не будет жестокостью. Жестокость только тогда, когда нет выхода. Ты сколько угодно можешь ткнуть человека лицом в ту грязь, в которой он находится, вымазать его в том дерьме, в котором он сидит. Но потом ты должен вывернуть его голову вверх и показать выход, дать ему выход. И это зависит от тебя и от того, насколько он тебя поймёт. Ты обязан говорить так, чтобы тебя поняли те, на кого ты собираешься повлиять. Ты обязан делать так, чтобы поняли тебя и поняли твою любовь. Ты должен заразить своей любовью людей, дать понять людям, плохим людям, что они тоже хорошие, только ещё не знают об этом. Я говорю о себе, потому что я очень люблю жизнь, люблю страну, в которой живу и не мыслю себе жизни без неё и без тех людей, которых я просто вижу. Я всех люблю на самом деле, даже тех, кого ненавижу. Едва ли я смогу изменить их своими песнями, я отдаю себе в этом отчёт. Но ничего не проходит бесследно. И пусть это будет капля в море, но это будет моя капля и именно в море. То есть, я её не выпью сам.
Александр Башлачёв
(отрывок из интервью, взятого весной 1986г. Б. Юханановым и опубликованного в журнале Контр Культ Ур`а №3, 1991г.)

     *** 
     1952г. Июль. Порт-Льигат.
     Ко мне с визитом заявились два господина, оба инженеры по профессии и идиоты по образу мыслей. Я слышал, как они говорили между собой, спускаясь с холма. Один объяснял другому, как сильно он обожает ёлки.
     - Здесь, в Порт-Льигате, слишком уж голо, - сказал он, - лично я люблю, когда вокруг растут ёлки, и не столько из-за тени, я вообще никогда не сижу в тени. Просто мне приятно на них смотреть. Без ёлок для меня и лето не лето.
     "Ну, погоди у меня, - сказал я про себя, - я тебе покажу ёлки!" Я принял двух господ весьма любезно и даже снизошёл до беседы, сплошь состоявшей из одних только пошлостей. За это я был удостоен чрезвычайной признательности. Когда я вывел их на террасу, они заметили там мой монументальный слоновий череп.
     - А что это такое? – спросил один из них.
     - Слоновий череп, - ответил я, - просто обожаю слоновьи черепа. Особенно летом. Прямо не знаю, что бы я без них делал. Для меня всё лето испорчено, если где-нибудь рядом нет слоновьего черепа.
Сальвадор Дали
"Дневник одного гения"

***
Все глупые дети, а я самый глупый из всех
Я вжался в кирпичную стену, как загнанный зверь
Лишь рок заставляет меня оставаться живым
И открытая дверь…
Я устал подниматься на крыльях над этой землёй
Я устал различать значения слов вчера и теперь
Лишь рок заставляет меня оставаться живым
И открытая дверь…
Луна наблюдает за нами как замкнутый круг
Луна тяготеет на небе звенящей серьгой
Лишь рок заставляет меня оставаться живым
И открытая дверь…
Егор Летов

***
У одной знакомой Маруси я спросил: 
- Так что же главное для мужчин?
Маруся потупила глазоньки, сделала личиком лёгкий багрянец и сладостно, с надеждой, ответила: 
- Должно быть женщина.
- Ну, что ты будешь делать! Нет! – назидал я, - для них главное – дело. Дело!
- А что, - спрашиваю дальше, - главное для женщины?
- Мужчина! – нерешительно выпалила Маруся.
- Ах, ты, блядь! – не сдержался я, - для женщины главное – тоже дело. Дело мужчины!
Я рассердился и топнул ногой. Затем широко открыл рот и тридцать секунд громко кричал букву "А". Потом успокоился немного и надрывным шёпотом сказал три раза слово "убью". Сильно размахнулся и ударил Марусю кулаком в нос. Из носа сразу пошла кровь, а Маруся упала со стула и покатилась по полу в дальний угол. Стукнулась о стену, отлетела от неё прямо на подоконник. А у меня окно открыто было. Маруся даже раму не задела и стала падать с восьмого этажа на Рязанский проспект. Я, ещё не остывший и сердитый, подбежал к окну и бросил ей вслед книжечку Даниила Хармса. Пусть ума набирается. Дура!
Весь день настроение было испорченное. И на следующий день тоже. И так всю неделю. Весь месяц. И все десять лет.
А. Таймин

Прохожий
В семнадцатом году мы захватили самолёт
И уже семьдесят лет продолжаем полёт
Наш самолёт ведёт пьяный пилот
Ещё один поворот и самолёт упадёт

Мы привыкли спать, мы привыкли жрать
Мы не умеем жить так, чтобы не уничтожать
Каждый может друг другу в харю наплевать
Ну-ка, поберегись, тебя могут растоптать

Эй, прохожий, поберегись
Ты не знаешь, прохожий, что такое жизнь
Ведь ты только прохожий на этой земле
Ты кусочек шлака в общей золе

Перед нами леса, после нас - дрова
И опять на дрова упала чья-то голова
Мы зациклились, во всём нам важен только объём
Много песен пишем, но мало поём

Так скажи, прохожий, куда мы идём
Ведь мне раньше казалось, что у меня был дом
А теперь в этом доме воняет говном
И если дальше так жить, то мы скоро сгниём

Так давайте же построим новый самолёт
И отправимся вместе в новый полёт
Пусть самолёт ведёт автопилот
Быть может автопилот нас до цели доведёт

Эй, прохожий, поберегись
Ты не знаешь, прохожий, что такое жизнь
Ведь ты только прохожий на этой земле
Ты кусочек шлака в общей золе
Юран Борщевой

***
Весна. Началась. День. Но солнца. Нет. Оттепель. Пасмурно. Перед глазами стена противоположного. Дома. Мусор. Вокруг битые. Стёкла. Снег. Посерел. Дети. Играли. В снежки. Ушли. Снег. Примят. Сер. Обыденнобудничность. Обыденномерзость. Капает. Капает. Солнца. Нет. Подвал. Открыт. Темно. Там. Капает. Это? Было? Когда-то? Не. Помню…
А. Журавель

Разве можно жить просто так?
Работать, жрать, срать и спать.
А зачем тогда жить,
Если пользы не приносить?
Хоть себя бы познать,
Ни хуя не понять
Если не жить, а вонять.
Нужно жить и гореть
И с улыбкой на лице
Умереть.
Оптимист

Серый голубь
Я ем на помойках, я пью из луж
Дождь меня мочит, дождь мне как душ
И солнце

Едут машины и давят меня
Но вместо асфальта мне снится земля
И солнце

Я хлебные крошки ищу на земле
Ты пинаешь меня, но и тоскуешь по мне
Тоже ты

Я грязен, я болен, моя шея тонка
Свернуть эту шею не дрогнет рука
У тебя

Я самый плохой, я хуже тебя
Я самый ненужный, я гадость, я дрянь
Я серый голубь

Я самый плохой, я хуже тебя
Я самый ненужный, я гадость, я дрянь
Зато я умею летать
Пётр Мамонов

Победители
Всему приходит пора и ты вернулся Домой
Ты проиграл всем подряд в игре по имени Жизнь
Твоя корона бела и крест блестит за спиной
Ты победил всех подряд в игре по имени Смерть
Но победителей не судят, победителей калечат
И в углу застыло небо над короною твоей
И седые комиссары за дверями тихо плачут
Над улыбкою смиренной, под ударами камней
И будет-будет опять стоять и радостно ждать
Старуха с именем Жизнь своих любимых детей
Но снегопадом – ЛЮБОВЬ, но звездолётом – ТОСКА
И хриплым криком – конец! И светлой мыслью – весна!
На облаках полежать, заснуть на талой воде
Последний выдох в рукав, последний скомканный взгляд
И первым делом – БЕЖАТЬ по изумлённой – ЗЕМЛЕ
Навстречу крепким рукам, опередив всех подряд
Ведь победителей не судят, победителей калечат
И стекают жидкой кашей неземные чудеса
И святые комиссары за дверями тихо плачут
И бежит по коридору сумасшедшая слеза
Это небо будет помнить, это небо не забудет
Это небо поклянётся над могилою твоей
Вся земля – это могила, все кресты в один сольются
Над улыбкою смиренной, под ударами камней
Вадим Макашенец

Необходимое послесловие
В целом, всё вышеизложенное отражает суть предоставленного вашему вниманию проекта. Перепечатывать все тексты нет ни времени, ни желания. Мой собственный проект - Акустический Психоз – уже представлен, а тексты Александра Башлачёва, Егора Летова, Янки Дягилевой, Романа Неумоева, Петра Мамонова, Ильи Кормильцева и прочих деятелей постсоветского андеграунда, представленных в этом сборнике, вы при желании, без труда найдёте на других сайтах. Суицид осознан и побеждён. Оставайтесь живыми!

Оптимист

НА ГЛАВНУЮ